О патриотическом туризме сегодня много говорят на уровне государства, но в реальной работе отрасли он по-прежнему развивается фрагментарно. Об этом прямо говорили участники круглого стола на форуме Travel Hub «Содружество»: маршруты есть, интерес есть, люди едут. Не хватает одного — системной поддержки и масштабирования.
Спрос есть — и он большой
Патриотический туризм в Беларуси давно вышел за рамки «нишевой» темы. Самые посещаемые объекты страны — именно мемориалы.
Директор мемориального комплекса «Брестская крепость-герой» Александр Коркотадзе приводит цифры:
«Если посмотреть на статистику, самые посещаемые объекты в Беларуси — это “Хатынь” — более 725 тысяч посещений, Брестская крепость — 723 тысячи. В первой пятёрке — и Белорусский государственный музей истории Великой Отечественной войны. Это означает, что спрос уже сформирован».
И это лишь часть аудитории:
«Мы считаем тех, кто пришёл на экскурсии, в музей или на мероприятие. А сколько людей просто приезжают на территорию мемориалов — это на порядок больше».
Иными словами, аудитория есть — и она массовая. Вопрос в том, как с ней работать системно.
«В СССР Брестская крепость была важнейшим символом памяти, куда регулярно прибывали поезда с ветеранами, молодежью и туристами со всех республик, - говорит Александр Коркотадзе. - И, на мой взгляд, к этой практике стоит вернуться: не только в формате “поезда памяти”, но и, возможно, с элементом соревновательности, с вовлечением более широкого, в том числе младшего поколения. Такая поездка должна быть определенной привилегией. В советские годы Брестская крепость принимала до миллиона посетителей в год: очевидно, что нам есть куда расти».
История, которая касается лично
На туристическом рынке предложения тоже сформированы — их много, и они зачастую более сложные и глубокие, чем принято думать.
Председатель правления РСТИ Филипп Гулый привел пример локальных маршрутов, построенных вокруг конкретных судеб — когда школьник узнаёт, что герой родом из его города, война перестает быть абстрактной страницей учебника:
«В Союзном государстве, а тем более в ЕАЭС и СНГ, белорусский турпродукт уникален: воинская доблесть народов исторически раскрыта на западных рубежах. События тысячелетней эпохи позволяют формировать особенные патриотические маршруты, ориентированные на разные регионы России и страны СНГ. Несколько туроператоров, входящих в союз туриндустрии, создали и развивают такие туры, где всё строится на основе подвигов, историй и событий, участниками которых были выходцы из конкретных российских регионов, городов, воинских частей. Спектр таких туров широк, так как история Беларуси бережно сохранена в памятниках, музеях, архивах. Это позволило создать качественный “электронный портфель экскурсовода”, где, помимо Великой Отечественной войны, представлены и страницы Первой мировой».
Отсюда — точечные попадания в аудиторию:
«Для туристов из Дагестана, Чечни, Кабардино-Балкарии — это история “Дикой дивизии”, проявившей себя именно на белорусской земле. Для других — боевой путь полков Новосибирска и Южного Урала, прошедших “мясорубку” под Невелем и Сморгонью. Война 1812 года — это уже воинская слава башкирской кавалерии. В итоге такие поездки становятся выездными уроками истории — от средневековых сражений со шведами и крестоносцами до событий XX века. Этот формат можно напрямую связать со школьной программой — и именно это сегодня предлагает РСТИ».
Турпродукт есть — но он не становится системой
Главная проблема проявляется на следующем этапе:
«Этот турпродукт реализуется редко, так как большие программы поддержки работают внутри России и не охватывают Союзное государство. В результате, несмотря на его очевидный потенциал как инструмента работы с исторической памятью, — он не масштабируется. В этой связи есть конструктивное предложение: провести съезд “активных учителей” Союзного государства, поскольку именно они формируют группы школьников и их родителей и фактически создают спрос — в том числе на коммерческой основе», — отмечает Филипп Гулый.
Участники секции сходятся во мнении: без государства здесь не обойтись. Но и без рынка — тоже. Если продукт не монетизируется, он не масштабируется.
Сангаджи Тарбаев, председатель Комитета Госдумы по туризму РФ, сформулировал это прагматично:
«Если патриотический туризм будет экономически невыгоден, туроператоры к нему не подключатся. А значит, этот продукт не будет развиваться и продвигаться. Туроператоры должны «играть первую скрипку», но для этого им нужны условия: инфраструктура, понятные правила, поддержка».
При этом ключевой вопрос — качество:
«Важно, кто и как рассказывает. Какие смыслы мы закладываем. У нас есть великолепная плеяда еще советских экскурсоводов. А где готовят новые кадры и по каким методикам? Если мы выведем патриотический туризм на большой радиус, неизбежно возникнут разные интерпретации исторических фактов, и не каждая группа туристов с этим согласится. Поэтому нужно думать, что и как мы преподносим».
И ещё одна важная мысль: по мнению Тарбаева, слово «патриотизм» сегодня перегружено, а историческая память должна быть «нативной, тонкой и мягкой» и «вшиваться» в разные туристические продукты:
«Если мы выделяем «патриотический туризм» в отдельную категорию, получается, что все остальные виды — не патриотические? Но ведь это сквозная характеристика любого путешествия по своей стране: от природного до промышленного».
От экспозиции — к переживанию
Работа с исторической памятью требует других подходов, чем классический туризм. Александр Коркотадзе подчеркивает:
«Такие места, как Брестская крепость или Хатынь, накладывают ограничения. Здесь первична моральная составляющая. Есть свои правила посещения. Мы не можем сравнивать их с другими туристическими объектами. Это не про деньги — это про просвещение и воспитание».
Задача — не показать, а вовлечь:
«Человек должен уезжать с сильным эмоциональным откликом, — с чувством сопереживания и гордости. Получать своего рода “прививку патриотизма” в таких местах».
Именно поэтому музеи меняются. В Брестской крепости за последние годы благодаря программе Союзного государства открыли три новые экспозиции с мультимедийными решениями. И почти вдвое выросла посещаемость. В этом году планируется открытие новой мемориальной зоны «Скорбь».
Похожий подход — в новом музее на Буйничском поле: архитектура, интерактив, эффект присутствия — всё для того, чтобы погрузить посетителя в события 1941 года. Классическая экскурсия уступает место иммерсивному опыту, чтобы человек не просто увидел, но и «пережил» историю.
Цифровые решения усиливают этот тренд. По словам Максима Синицина, директора Департамента информационных технологий и цифровых проектов, появляются платформы, где история «накладывается» на реальное пространство: навел телефон — увидел 3D-модель памятников, услышал аудиогид с историческими справками, понял, что происходило именно здесь.
Но при всей технологичности главный эффект по-прежнему дает содержание.
Об этом напомнил директор Гомельского областного музея военной славы Артур Карчевский, говоря о таких местах, как «Ола», где заживо сожгли 1758 человек, «Озаричи», где немцы создали лагерь смерти для 50 тысяч человек и намеренно заразили женщин, стариков и детей сыпным тифом, чтобы впоследствии использовать их как живой щит, «Красный Берег», где во время войны находился один из крупнейших детских донорских концлагерей - у маленьких узников брали до 12 заборов крови в день для раненых немецких офицеров... Это уже не просто экскурсия — это тяжёлый, но необходимый опыт сопереживания.
И именно на этой базе, по его мнению, должны строиться трансграничные маршруты — от «Дорог партизанской славы» (Гомель - Брянск) до многодневных туров по местам крупнейших сражений - Москва-Смоленск-Могилев-Гомель-Брест.
«Больше, чем урок»
Практика показывает: такие поездки для школьников имеют колоссальный эффект. Министр туризма и промыслов Нижегородской области Сергей Яковлев приводит конкретный кейс “Уроки с путешествием”:
«За два года в проекте приняли участие 49 тысяч школьников — они побывали в Волгограде, Санкт-Петербурге, Минске и Бресте. Важно, чтобы каждый десятиклассник мог познакомиться с историей Великой Победы не только по учебникам, но и там, где проходили сражения Сталинградской битвы, где держали оборону защитники Брестской крепости, где выживали жители блокадного Ленинграда. Это больше, чем путешествие — это больше, чем урок».
Сергей Яковлев привел один, казалось бы, небольшой экспонат выставки к 80-летию полного снятия блокады Ленинграда — но именно он врезался в память школьников сильнее всего. Речь о маленькой монетке, которая когда-то решила судьбу детей в одной семье: кому жить, а кому нет. Спустя годы выживший брат передал её в музей, назвав «монеткой моей жизни». Эффект таких поездок — не только эмоциональный: меняется отношение к истории, растет вовлеченность, даже успеваемость.
Но без доступности, по словам Яковлева, никакой массовости не будет:
«Для многих такие поездки просто дорогие, особенно для многодетных семей. Поэтому эти программы должны формироваться на государственном уровне и быть бесплатными».
Яркие проекты — но пока вне системы
За последние годы появилось много сильных инициатив.
«Поезд памяти» — на нем проехали уже около 800 школьников из 15 бывших союзных республик. Ребята посещают города-герои и места боевой славы, а на последней станции получают... сборники рассказов о войне. «Василь Быков “Дожить до рассвета”, Константин Симонов “Третий адъютант”, Алесь Адамович “Хатынская повесть”...
Как отметила Инна Святенко, вице-спикер Совета Федерации:
«Это произведения, которые важно прочесть каждому ребёнку — не в отрыве от маршрута, а вместе с ним».
Есть и другие форматы: патриотическая экспедиция «Непокоренные», автопробег «Города-герои — города героев», который объединил уже десятки городов России и Беларуси, выставка «Врачи Великой Победы», посвященная подвигу медиков в годы войны.
Пока такие проекты остаются скорее «витриной», чем системой, но уже сегодня формируют у молодежи устойчивый интерес к исторической памяти, которую необходимо, по словам Инны Святенко, не только сохранить, но и передать будущим поколениям:
«Важно помочь им осознать опыт наших предков через проверенные исторические факты, оградить от искажений и недостоверной информации. И туризм становится одним из самых наглядных и вовлекающих способов такого разговора с прошлым».
Главный вывод секции: патриотический туризм должен выйти из формата отдельных инициатив и стать частью индустрии — с понятной экономикой, участием туроператоров и поддержкой государства. И одновременно — с четкими правилами: едиными подходами к интерпретации истории, стандартами экскурсионной работы, продуманными маршрутами.
Документ, который готовится по итогам обсуждения, должен это зафиксировать — и определить приоритетные трансграничные маршруты на 2026–2027 годы.
Логика здесь простая: рынок уже сформирован. Теперь его нужно собрать и запустить в полную силу.
Пресс-служба РСТИ
Генеральный партнер конгресса - Сбер Банк. Генеральный информационный партнер - ТАСС.
Официальные партнеры Конгресса: RUSSPASS.Бизнес, СПб ГБУ «Конгрессно-выставочное бюро», Министерство по туризму Ярославской области, ООО «Интурист».
